vm_pas | ВОПРОСЫ ДЛЯ ДАЛЬНЕЙШЕГО ИССЛЕДОВАНИЯ ТЕМЫ (Reply)

Доктор Гарднер описывал в своем выступлении на Ванкуверском семинаре 1998 г. историю рассматриваемой проблемы так: «Я учился в конце 50х. В начале 60х начал практику. И, поскольку я детский психиатр, у меня был определенный опыт, и интересная судебная работа, я начал участвовать в спорах о разделе детей, и так пришел к этой теме. Между началом 60х и началом 80х я много работал в спорах о детях. Но в начале 80х я начал наблюдать новый феномен. Я видел детей, которых, как я думал, запрограммировали».

Отсюда следует интересный вывод – ранее, т.е. до 80-х годов ХХ века, семейные конфликты не проходили с деструктивным воздействием одного из родителей на психику ребенка. Родители не имели даже в мыслях подобных идей – об использовании ребенка в качестве орудия мести и разрушения жизни бывшего супруга. Т.е. не было до этого времени такой концентрации ненависти и злобы между бывшими супругами в семейных конфликтах. Почему именно 80-е годы ХХ века явились таким значимым рубежом, какие социально-психологические процессы общества повлияли на возникновение таких разрушительных форм «семейных войн» остается пока загадкой. Я лично считаю подобные формы семейных конфликтов совершенно необычным, иррациональным явлением, схожим по своим причинам с полтергейстом (перемещением предметов по воздуху), имеющим инфернальные причины.

Доктор Гарднер объясняет возникновение феномена PAS и его иррациональные проявления наличием пограничных психических расстройств типа психопатии у одного из родителей (родителя-индуктора), который путем психологической индукции «заражает» ребенка подобными психическими нарушениями: «Индуктор поддерживает психопатическое поведение ребенка. Ребенок плюет в лицо родителя-жертвы, говорит самые грязные ругательства, при полной поддержке родителя-индуктора». И далее доктор Гарднер говорит об индукции психических расстройств от родителя ребенку при наиболее тяжелой форме PAS: «В: тяжелом случае – связь обычно нездоровая, очень сильная патологическая связь. Иногда ее называют термином, введенным в психиатрию в 19 веке - folie a deux, сумасшествие вдвоем, обычно означает расстройство, при котором больной человек, который доминирует, индуцирует в более пассивном, зависимом человеке такое же психиатрическое расстройство, которое есть у доминирующего. Такое, которым слабый человек бы не страдал, если бы не был втянут в это расстройство доминирующим человеком. PAS является примером folie a deux, и диагноз из DSM-4 «совместное психическое расстройство» применим здесь».

Психические нарушения у ребенка имеют проявления как в иррациональном мышлении (неправдоподобном «очернении» личности отвергаемого родителя – «Я его ненавижу»), та и эмоциональных проявлениях (фобии по отношению к отвергаемому родителю, доходящей до паники и возможных попыток суицида).

Надо заметить, что все проявления психических нарушений в случае PAS и у ребенка и у родителя-индуктора не выходят за рамки пограничных психических расстройств. Доктор Гарднер говорит об этом так: «Нельзя правильно понять PAS, если нет глубокого понимания истерии, паранойи и психопатии, потому что они играют в нем глубокую роль». В связи с этим возникают огромные трудности в юридическом разрешении подобных тяжелых конфликтов, которые могут быть катастрофическими для жизни ребенка (детей) и отвергаемого родителя. Эти трудности связаны с тем, что изолировать родителя-индуктора от ребенка законными методами чаще всего невозможно, т.к. психические расстройства у такого родителя по современной классификации не являются тяжелыми и не подлежат принудительному лечению. Поэтому доктор Гарднер предложил единственный на мой взгляд доступный вариант юридического разрешения подобных ситуаций – изоляцию ребенка от родителя-индуктора путем диагностики у ребенка в процессе судебного процесса комплекса психических нарушений, который он обозначил как Parental Alienation Syndrome (PAS).

Весьма интересным и пока загадочным остается вопрос подавляющего распространения синдрома PAS среди женщин, т.е. матерей-индукторов PAS: «чаще отчуждающие – матери, а не отцы. Если сказать «мать», то последует критика. Есть и отцы, из моего опыта – 10-15% отчуждающих – отцы, а жертвы – матери». Почему именно у женщин гораздо чаще возникают пограничные психические расстройства в случае конфликта с мужем, доктор Гарднер не объясняет, но пытается это сделать, связывая с различиями полов в области физиологии: «Рак яичников чаще бывает у женщин, чем у мужчин. «Рак яичек чаще бывает у мужчин, чем у женщин. Рак груди бывает чаще у женщин». Однако тут встает совершенно иной вопрос – что происходит с психикой матери ребенка в случае тяжелого конфликта, когда она сама становится психопаткой и начинает ребенка учить (программировать) ненависти по отношению к родному отцу? Как в ее сознании ненависть становится благом, а любовь исключается и разрушается? Этот вопрос по моему мнению также выходит за рамки обыденных представлений о роли женщины-матери и носит иррациональный характер. Я бы сказал даже инфернальный характер.

Ведь изначально женщина не была злобной психопаткой, иначе бы семейная жизнь у нее вряд ли вообще сложилась, мужчины избегали бы общения с ней. Что происходит далее с такими людьми, как развиваются или прекращаются подобные психические нарушения, доктор Гарднер не изучал и эта тема остается открытой.

Что происходит с ребенком с синдромом PAS, который остается с родителем-индуктором и который воспитывается в ненависти к родителю-жертве, доктор Гарднер также не исследовал и вопрос также требует своего исследователя.