Феномен "отвержения родителя" (PAS) в "семейных войнах"

Наиболее полно проблему личностного расстройства (психопатии) раскрывает доктор Роберт Д.Хаэр, канадский судебный психолог, профессор психологии университета Британской Колумбии, 25 лет посвятивший исследованию поведения психопатов, в книге «Лишенные совести. Пугающий мир психопатов» http://www.koob.ru/hare/..Приведу несколько отрывков из его исследования.

          «Психопаты — это социальные хищники, которые очаровывают, используют в собственных целях людей и безжалостно пробивают себе дорогу, оставляя за собой широкий след из разбитых сердец, несбывшихся надежд и пустых кошельков. Начисто лишенные совести и сочувствия, они берут, что хотят, и делают, что нравится, нарушая при этом общественные нормы и правила без малейшего чувства вины или сожаления. Их ошарашенные жертвы в отчаянии спрашивают: "Кто эти люди?", "Что сделало их такими?", "Как защитить себя?" Хотя над этими и некоторыми другими вопросами ученые бьются уже более сотни лет (и лично я уже четверть века), завеса над зловещей тайной психопатов начала по–настоящему подниматься только в последние несколько десятилетий.

           Даже представители системы правосудия — адвокаты, судебные психиатры и психологи, работники социальной сферы, должностные лица, осуществляющие надзор за условно–досрочно освобожденными, полицейские, сотрудники исправительных учреждений, — которые ежедневно вступают в контакт с психопатами, редко понимают, с кем им приходится иметь дело.

           К самым очевидным (но никак не единственным) проявлениям психопатии относятся вопиющие нарушения общественных норм. Неудивительно, что среди психопатов много преступников.

           Вместе эти фрагменты головоломки соединяются в образ эгоистичного, бессердечного и безжалостного человека, которому не хватает сочувствия и умения создавать теплые душевные отношения с окружающими, человека, которого никогда не мучают угрызения совести.

           Утверждение, что дети, испытавшие на себе жестокое обращение родителей, взрослея, становятся грубыми и бесчувственными, тоже не играет здесь большой роли. Причины появления психопатии более глубокие и неуловимые (это, кстати, противоречит мнению канадского адвоката Кери Линде, который говорит о детской травме у женщины, как источнике личностного расстройства).

           Не все ведь психопаты сидят в тюрьмах. Родители, дети, супруги, любовники, сотрудники и другие несчастные жертвы во всех уголках мира ежеминутно пытаются справиться с вызванным психопатами хаосом и понять, что ими руководит. Многие из вас, прочитав эту главу, возможно, заметят тревожащее сходство между описанными здесь персонажами и людьми, которые превратили вашу жизнь в ад.

           Психопаты не дезориентированы, не лишены чувства реальности и не страдают от бредовых идей, галлюцинаций и выраженного дистресса, которые характеризуют большинство других психических расстройств. В отличие от психотических личностей психопаты мыслят рационально и осознают, что и почему делают. Их поступки — результат осмысленного выбора.

           Итак, если шизофреник нарушает закон (скажем, совершает убийство по приказу "Мартиана с космического корабля"), мы не считаем его виновным ввиду "невменяемости". Если тот же поступок совершает психопат, его признают психически здоровым и сажают в тюрьму.

Психопату незнакомы, а следовательно, и непонятны те основополагающие вещи, которые можно назвать личными ценностями. Практически невозможно пробудить его интерес трагедией или радостью, или гуманизмом великих произведений литературы и искусства. Все это ему безразлично. Красота и уродство (кроме очень поверхностного их воздействия), доброта, злость, любовь, страх и юмор ничего для него не значат и поэтому не имеют над ним никакой власти. Более того, он не может видеть, чем руководствуются другие. Это можно сравнить с дальтонизмом. Психопату невозможно объяснить это, потому что в его сознании нет ничего, с чем это можно было бы связать. Он может повторить фразу и с уверенностью сказать, что понял ее, но то, чего он осознать просто не в состоянии, навсегда закрыто для его понимания.

Основные симптомы психопатии

Эмоциональные и межличностные особенности

• болтливость и поверхностность;

• эгоцентричность и претенциозность;

• отсутствие чувства вины и сожаления;

• отсутствие эмпатии;

• коварство и склонность к манипулированию окружающими;

• поверхностность эмоций.

Особенности социального поведения

• импульсивность;

• слабый поведенческий контроль;

• потребность в психическом возбуждении;

• безответственность;

• проблемное поведение в детстве;

• антисоциальное поведение во взрослой жизни.

Учтите, что у не психопатов тоже могут наблюдаться некоторые из описанных здесь симптомов. Многие представители человечества импульсивны, или несерьезны, или холодны и черствы, или антиобщественны, но это не значит, что они психопаты. Психопатия — это синдром, т. е. совокупность указанных симптомов.

Поведение психопата отличается большей агрессивностью и импульсивностью, а эмоциональные реакции — поверхностностью. Но основным отличительным признаком является чувство абсолютной невиновности. У обычного преступника есть свои устоявшиеся, хоть и извращенные, принципы. Нарушив их, он испытывает чувство вины перед самим собой.

Психопаты могут причинять физическую и/или эмоциональную боль другим (иногда регулярно) и при этом отрицать наличие проблем с обузданием своего нрава. В большинстве случаев они считают свое агрессивное поведение естественной реакцией на провокацию.

В поведении психопатов заметна непреходящая потребность в психическом возбуждении: они обычно ведут насыщенную событиями жизнь и ходят по лезвию ножа, часто нарушая при этом закон.

Для психопатов обязательство и долг — пустые слова. Их добрые намерения — "Я больше никогда не обману тебя" — это просто брошенные на ветер обещания.

Они не придерживаются формальных и моральных обязательств перед людьми, организациями и законом.

Психопаты знакомы со словарными значениями слов, в то время как их эмоциональный смысл или ценность им постичь не дано.

В основе психотерапии лежит предположение, что пациент требует и жаждет помощи в преодолении своих психических или эмоциональных проблем: беспокойства, депрессии, низкой самооценки, застенчивости, навязчивых мыслей и т. д. Успешное лечение предполагает активное участие пациента в поиске средства избавления от симптомов. Короче говоря, пациент должен осознавать наличие проблемы и стараться как‑то ее решить.

Именно в этом и заключается основная проблема: психопаты не считают, что у них есть проблемы с психикой или эмоциями, и не видят причин, по которым им следовало бы подстраиваться под неприемлемые для них общественные стандарты.

Точнее сказать, психопаты довольны собой и своим внутренним миром, каким бы бледным тот ни казался окружающим. Они считают самих себя в полном порядке, переживают лишь минимальный личностный дистресс и полагают, что их поступки разумные, целенаправленные и вполне удовлетворительные. Они никогда не оглядываются на прошлое с сожалением и не заглядывают в будущее с тревогой. Психопаты мнят себя высшими существами во враждебном и беспощадном мире, где все борются за деньги и власть. Они считают, что вправе обманывать и манипулировать окружающими, дабы осуществить свои "права", и их взаимодействие с другими людьми изначально направлено против недоброжелательности, исходящей, по их мнению, из внешнего мира. Поэтому неудивительно, что ни один из психотерапевтических методов не находит отклика в сердцах психопатов.
            Вот как мрачно отозвался о пациентах–психопатах (которых он называет социопатами) один психиатр: "…социопаты не желают меняться; они оправдывают свои поступки тем, что им, мол, так захотелось; у них нет ни малейшего представления о будущем; они терпеть не могут власть, в том числе и медицинскую; они считают роль пациента унизительной; они превращают психотерапию в посмешище, а клиницистов — в объект мошенничества, угроз, соблазнения или использования".

Если вам приходится иметь дело с настоящим психопатом, вы должны знать, что существенное улучшение его поведения маловероятно.

Если вы живете с психопатом, вы, наверное, уже поняли, что ситуация едва ли изменится к лучшему. Возможно, вы чувствуете, что стали заложником (заложницей) обстоятельств и не можете уйти, не подвергая себя или других, особенно детей, опасности.

Чтобы не стать жертвой психопата, лучше всего уклоняться от контакта с ним. Конечно, это намного легче сказать, чем сделать.

Почти столь же печальны отчаянные попытки найти подход к психопатическому супругу (супруге). Если вы оказались в таком положении, вам ничего не остается, кроме как свести наносимый психопатом вред к минимуму».

           Синдром отвержения родителя (PAS) по мнению доктора Ричарда Гарднера заключается в том, что ребенок под психическим воздействием со стороны родителя-индуктора отвергает (отрекается по-русски) от родителя-мишени, разрывая при этом все связи с таким родителем, избегая встреч с ним и уничтожая детско-родительские отношения. Это ситуация необычная, поэтому психологами называется «феноменом», т.е. непонятным, необычным явлением типа полтергейста. Ричард Гарднер считал, что ребенок в этом случае становится психически больным и его выздоровления возможно только при изоляции ребенка от родителя-индуктора, что может быть произведено только принудительно, путем вмешательства правоохранительных органов. Это крайне интересная тема научного исследования, практически совершенно неразработанная. Доктор Ричард Гарднер из своих многолетних наблюдений за феноменом отвержения (отречения по-русски) ребенка от родителя сделал вывод о причинах наблюдаемого им явления, основанный на рациональном подходе родителя-индуктора к достижению своей цели – нанести своему бывшему супругу максимальную душевную рану, разрушить любовь между родителем-жертвой и его ребенком (детьми). Вот что говорит об этом доктор Ричард Гарднер в Ванкуверской лекции 1998 г.: «Возникает спор (между родителями по поводу места проживания ребенка) в суде, … и тогда началось программирование. А потом и мужчины научились, так что теперь все программируют».  

           Т.е. доктор Ричард Гарднер как бы считает, что «программирование мозгов» у ребенка – это технология, которая может иметь определенный алгоритм и которой можно научиться. Однако возникает совершенно закономерный вопрос – кто и где этому искусству обучает? И можно ли этому искусству вообще научиться? Разве «программированием» своих детей для использования как психологического оружия в семейном конфликте занимаются исключительно лица с психологическим или психиатрическим образованием? Конечно, нет. Часто это люди вообще без образования и совершенно не знакомые с термином «промывание мозгов» или «психологическое программирование».

           Далее в Ванкуверской лекции 1998 г. доктор Гарднер утверждает совершенно иное. Он говорит, что индуктор PAS – это всегда психически нездоровый человек: «85-90% индукторов PAS лжецы и психопатичны», «В конкретной семье кто лжец? И тот, кто лжец – более вероятен как индуктор PAS. Очень важный принцип», «Родитель-индуктор пожелал бы, чтобы отчужденный выплатил деньги и испарился с лица земли. Совершил самоубийство, был кремирован, прах высыпан в реку. Но выплаты пусть останутся. Вот чего хочет индуктор».Очень любопытны наблюдения доктора Гарднера за неожиданным изменением поведения родителя-индуктора, который сохранял все время семейной жизни совершенно нормальные семейные взаимоотношения со своим брачным партнером и вдруг неожиданно проникся ужасной ненавистью и злобой к супругу: «В случае PAS с ним (брачным партнером) было все нормально вплоть до дня, когда дети узнали о разъезде (расторжении брака), тогда он вдруг стал ужасным отцом, отцом, ненавидеть которого у детей есть все причины. Так что возвращаемся назад и смотрим – когда начались жалобы? Если они начались вскоре после начала процесса, это свидетельствует скорее о PAS». И далее: «В целом враждебная личность. Жертва PAS обычно не враждебна, не бьет, мебель не ломает, не вступает быстро в драки с людьми, не враждует физически на работе, не имеет арестов за подобное».

           Доктор Гарднер говорит: «Нельзя правильно понять PAS, если нет глубокого понимания истерии, паранойи и психопатии, потому что они играют в нем глубокую роль». Т.е. родитель –индуктор является психопатичной личностью с явными симптомами наличия пограничных психических расстройств. Однако необычность феномена заключается в том, что НЕОЖИДАННО родитель-индуктор проникается ненавистью и злобой к супругу и начинает непримиримую войну, НЕОЖИДАННО становится психопатом. Однако мы знаем, что психопатия согласно критериям Ганнушкина-Кербикова имеет следующие признаки:

1) относительная стабильность во времени — малые изменения в течение жизни;

2) тотальность проявлений — одни и те же черты характера обнаруживаются повсюду, в любых обстоятельствах;

3) дезадаптация социальная (пожалуй, самый важный признак); состоит в том, что у человека постоянно возникают жизненные трудности, испытываемые либо им самим, либо окружающими, либо ими вместе.

           Из наблюдений доктора Гарднера следует, что стабильности такого неадекватного поведения у родителя-индуктора нет, до инициации расторжения брака эти психические нарушения не проявляются. Тотальность проявлений также не обнаруживается, т.к. родитель-индуктор может быть по отношению к иным лицам, кроме своего «врага», бывшего супруга, вполне адекватным человеком. И социальная дезадаптация у такого родителя явление весьма редкое. Поэтому феномен родителя-индуктора PAS, по моему мнению, серьезно отличается от классического определения психопатии в психиатрии.      
Кроме того, речь идет о психологической индукции со стороны родителя-индуктора, о чем говорит доктор Гарднер: «В тяжелом случае – связь обычно нездоровая, очень сильная патологическая связь. Иногда ее называют термином, введенным в психиатрию в 19 веке - folie a deux, сумасшествие вдвоем, обычно означает расстройство, при котором больной человек, который доминирует, индуцирует в более пассивном, зависимом человеке такое же психиатрическое расстройство, которое есть у доминирующего. Такое, которым слабый человек бы не страдал, если бы не был втянут в это расстройство доминирующим человеком. PAS является примером folie a deux, и диагноз из DSM-4 «совместное психическое расстройство» применим здесь».

           Аналогичные выводы делает известный адвокат Кери Линде в на основании своей обширной юридической практики своем интервью: «"Если есть рациональность между отцом и матерью, мужем и женой, если они рациональные (т.е. психически здоровые) люди, они придут к соглашению и суд не потребуется. Но что происходит, если есть нерациональный родитель с личностным расстройством, из которых большинство по статистике и из опыта – это женщины, не мужчины? В результате отцу чинят препятствия, не дают достучаться до суда, что у второго родителя проблемы, и что остальные проблемы из-за этого. Судья – и это и хорошо и плохо – судья исходит из позиции, что оба человека перед ним хорошие родители и рациональные (психически здоровые) люди, и это одна из самых больших ошибок, которые делает судья. В моей практике и практике коллег, кто работает с крайне конфликтными случаями, один из родителей – иногда и оба, но обычно один – имеет личностное расстройство, психическое заболевание. И нужно назвать лопату лопатой. Я часто говорю судье, при своем друге адвокате с другой стороны: у одного из нас плохой родитель. Либо моего клиента, отца нельзя подпускать к детям, либо мать, так что давайте назовем лопату лопатой. Судья плохо на это реагирует: не надо так говорить, это сутяжничество, давайте найдем решение, будем дружественны, не будем никого обвинять. Если бы это было так, эти люди не стояли бы перед судьей".

           Таким образом из приведенных материалов следует, что в случае наличия у ребенка синдрома отвержения родителя (PAS) родитель-индуктор имеет целую группы пограничных психических расстройств, но они не могут быть отнесены к психопатии по ее классическому определению, т.к. до момента начала конфликта и расторжения брака эти психические расстройства не проявлялись в семейной жизни. Кроме того, возникает закономерный вопрос – как психически нездоровый человек может «научиться» по словам доктора Гарднера «программированию мозгов» у ребенка. Индукция, т.е. передача симптомов психического расстройства от родителя-индуктора ребенку – это понятно, такой механизм, конечно присутствует в случае синдрома PAS. Но «научится» индуцировать PAS невозможно, это происходит, по моему мнению, совершенно подсознательно, эти процессы не контролируются волевыми усилиями такого родителя. Т.е. я считаю, что термин «родители научились» в отношении «программирования мозгов» ребенка в случае PAS неприемлем. Это иной процесс, совершенно иррациональный.

           Считаю показательным доказательством этого вывода письмо молодой женщины, которое наглядно демонстрирует психологические механизмы происходящей катастрофы, возникновения без рациональных причин непреодолимой волевыми усилиями злобы и ненависти к супругу:

«— Мне 26 лет, гражданскому мужу 31 год, есть общий ребёнок, ему 3 месяца. Знакомы мы полтора года.

Всё началось около года назад, в марте. Между нами была настоящая идиллия, полное взаимопонимание. Муж говорил мне: «Я с тобой в отношениях отдыхаю», имея в виду, что в прошлых ему отлично выносили мозг. Через неделю после знакомства он уже жил у меня.

Но однажды случилась ссора, и всё пошло по нарастающей. Ссоры стали случаться всё чаще и чаще, и во время беременности тоже (беременность запланированная).

Вся проблема в том, что на фоне этих ссор у меня пропали к мужу чувства, никакой любви нет. Есть что-то другое, например, чувство сострадания, чувство переживания за человека, желание «быть вместе», но не любовь. Раньше была влюблённость и была страсть… А теперь этого нет и желания к нему тоже.

Между нами каждый день скандалы! Просто ни из-за чего: слово за слово — и идёт эта волна. Иногда ударяю его по рукам или по телу, иногда могу начать бить тапком или рукой — из-за агрессии или психов. Не больно, но с моральной стороны неприятно обоим…

Несколько раз выгоняла его, но он не уходил, хотя мог уйти к родителям. В момент ссоры я иногда швыряла все его вещи, чтоб он пошёл вон. Спустя несколько попыток он унёс вещи просто от греха подальше к родителям. Иногда и ночевал там, потому что я не хотела его видеть, потому что он меня доводит… Сейчас он живёт у родителей, а к нам приходит, пишет первый всегда, после каждого скандала идёт на мир тоже первый.

Но он меня достаёт морально, моя психика не выдерживает. Понимаю сама, что я стала жестче по отношению к нему, я постоянно кричу на него, придираюсь к его каждодневным косякам. При виде мужа я прихожу в бешенство. Он после скандала может через 10 минут как ни в чём не бывало начать говорить на левую тему и назвать ласково, предложить попить чаю… А я очень долго всё помню, перевариваю, плачу, могу несколько дней переживать.

Я же ведь раньше хорошая была, ласковая, я очень заботливая, я очень понимаю человека, сострадаю, поддерживаю.

Но сейчас каждый день придирки и крики… Я так не хочу, как это исправить? Я хочу всё взять в свои руки, но я же не могу закрыть себе рот, уничтожить мои эмоции!

Мы уже стали врагами».

https://lady.tut.by/news/relationship/548456.html

Вот как доктор Гарднер описывает начало своих исследований этой проблемы:

«Между началом 60х и началом 80х я много работал в спорах о детях. Но в начале 80х я начал наблюдать новый феномен. Я видел детей, которых, как я думал, запрограммировали. Они участвовали в кампаниях очернения. И чаще, конечно, это мать вела кампанию против отца. Сначала я думал, что это программирование, и что родитель пытался усилить свою позицию в споре о детях. Но потом было несколько случаев, после которых я засомневался насчет программирования». Несколько таких случаев из практики доктор Гарднер приводит в своей лекции.

Случай 1 «Почему ты ненавидишь отца? - Просто ненавижу, ненавижу, ненавижу. – Когда ненавидишь, нужна причина. Так почему? – Ну, не приходит в голову, скажу в следующий раз. – У нас есть время. Подумай, не торопись. – Ну, когда он жил с нами, то жевал слишком громко. – Это причина для ненависти? – Да, ненавижу его, жует громко. – А еще почему? – Он говорил «не прерывай меня». – Каждый родитель в мире говорит «не прерывай». – Да, но он говорил слишком часто. – Целые списки слабых оправданий. Я говорю – это причина, почему ты больше не хочешь его никогда видеть? – Да, поэтому. – Говорю матери, как вам эти причины, которые он называет? – Я уважаю своего ребенка. Если он так чувствует, я уважаю это. Т.е. есть рефлекторная поддержка, не важно какого абсурда».

Случай 2. «Почему ты не хочешь видеть отца? Почему ненавидишь? – Он бил маму. – Ты когда-нибудь видел, как он бил маму? – Нет. – Когда-нибудь слышал, как он ее бил? – Не думаю. Как-то слышал какой-то шум, не знаю. – Откуда ты знаешь, что он бил ее? – Мама сказала, что он ее бьет. – Твой отец говорит, что не бил ее. – Я верю маме, она мне не соврет. – А отец? – Он полный врун. – Приведи пример. – Он сказал, что не бил маму, и он соврал. – А еще пример? – Не приходит в голову, скажу в следующий раз. – Так что вот такая рефлексивная поддержка. Мать говорит ребенку, что они на грани смерти, отец не дает денег. – Ненавижу его, потому что денег не дает. – Отец говорит, что дает деньги. Есть чеки, он отправляет маме деньги. Что думаешь? – Это подделки».

Случай 3. «Ты говоришь, что ты никогда не хочешь видеть отца, даже если проживешь тысячу лет. – Да. – Но ты также говоришь, что хочешь, чтобы он оплатил тебе частный колледж и институт. – Да. - Почему? Думаешь, это честно? – Да, честно по отношению к нему. – Почему? – Потому что он подлый, ненавижу его, он заслужил, за то, что он творил дома. – Что например? – Ну он однажды обещал сводить меня в зоопарк, но не сделал, соврал. – Я слышал об этом. Я так понял, в тот день шел снег, сильный снег, никого не было в зоопарке. – Все равно он лжец, должен был отвести меня в зоопарк. – Поэтому ты не хочешь его видеть? – Да, поэтому не хочу видеть, и поэтому он должен заплатить деньги, он заслужил».

Доктор Гарднер в своих исследованиях заметил, что «кампанию очернения», т.е. по существу, психологическую войну, которую чаще всего вела мать против отца. Вот что говорит доктор Гарднер: «Есть и отцы, из моего опыта – 10-15% отчуждающих – отцы, а жертвы - матери. Есть термины «отчуждающий родитель», «программирующий родитель», «родитель-индуктор PAS», «алиенатор». Другого родителя я называю «отчужденный родитель», «родитель-жертва», «родитель-мишень», «очерненный родитель».

Почему именно со стороны женщин гораздо чаще наблюдается крайне негативное отношение к бывшему супругу, основанное на ненависти, доктор Гарднер не объясняет, относя это явление к половым различиям.

Синдром отчуждения родителя по доктору Гарднеру – это специфическое психическое расстройство, возникающих у ребенка, который становится активным участником процесса «семейной войны» родителей. Любовь к отчуждаемому родителю будет уничтожена, заменена презрением, гневом, ненавистью и враждебностью. Цель разрушительных действий одного из родителей – это разрушение связей ребенка с другим родителем. Применяются различные методы „промывания мозгов“: идеологическая обработка, эмоциональный шантаж или манипуляция. Втягивание ребенка в конфликт часто имеет бессознательный характер и происходит под влиянием сильных негативных эмоций (ненависти и гнева).

По мнению доктора Р.Гарднера в формировании эмоционального отчуждения у ребенка участвуют две группы факторов. Во-первых, это негативные высказывания и чувства одного из родителей в адрес отчуждаемого родителя-конкурента (ненависть, враждебность). Во-вторых, сам ребенок, в силу привязанности к родителю, заботящемуся о нем, психологической зависимости от него, принимает активное участие в очернении другого родителя.

Желание отделить ребенка от другого родителя, другого опекуна, может иметь сознательный характер обдуманных умышленных действий или происходить совершенно неосознанно. Однако оказание психологического давления на ребенка, чтобы он высказался негативно о другом родителе, представляет собой вид эмоционального насилия.

Доктор Р. Гарднер выделяет 8 признаков синдрома отчуждения родителя (PAS)):

1. Ребенок абсолютно обесценивает одного из родителей, отвергает его, высказывает ругательства в его адрес, своим поведением демонстрирует полное неповиновение, неуважение и нелюбовь к нему.

2. Ребенок приводит «доказательства» своему гневу и враждебности к родителю, имеющие неубедительный, несерьезный, зачастую абсурдный характер. Наделяет негативным смыслом все действия и высказывания родителя.

3. Ребенок абсолютно убежден в истинности своих слов и действий по отношению к отчуждаемому родителю. Он переполнен чувством ненависти к нему и демонстрирует преданность и любовь по отношению к родителю, с которым проживает.

4. Ребенок убежден, что негативную точку зрения относительно одного из родителей он сформировал самостоятельно, независимо от воздействия родителя, с которым проживает.

5. Ребенок чувствует потребность защищать во что бы то ни стало родителя, который является инициатором отчуждения.

6. Ребенок не испытывает чувства вины за жестокость по отношению к отвергаемому родителю, не проявляет к нему сопереживания.

7. Ребенок непроизвольно цитирует родителя, инициатора отчуждения, произносит фразы из лексикона этого родителя, значения которых не понимает, ярко и правдоподобно изображает ситуации, участником которых он не мог быть, часто совершенно абсурдные, т.е фантазирует и лжет.

8. Враждебное отношение распространяется на всех родственников отчуждаемого родителя, даже его животных, его дом, его увлечения и все то, что с ним связано.

Доктор Р.Гарднер выделяет три формы отчуждающего поведения родителя: легкую, среднюю и тяжелую. Наибольшими психическими нарушениями сопровождается тяжелая форма отчуждающего поведения родителя. которая характеризуется «одержимостью» инициатора отчуждения ненавистью к бывшему супругу. Полный контроль над ребенком для такого родителя превращается в смысл его существования. Стремясь уничтожить связь ребенка с отчуждаемым родителем, он может обвинять отчуждаемого родителя в физическом насилии над ребенком, преследовании, сексуальном развращении, педофилии и т.д. Желая «защитить» ребенка такая мать (отец) может обращаться в многочисленные инстанции, реалистично и с подробностями описывая «насилие», чинимое над ребенком, не соответствующее действительности.

Часто родитель-инициатор отчуждения предпринимает серьезные усилия даже для изменения фамилии ребенка на свою, или на фамилию лица, с которым строит новые семейные отношения.

Еще один из наиболее очевидных симптомов отчуждающего поведения родителя - это переезд вместе с ребенком в другой город, который делает крайне затруднительным для отчуждаемого родителя поддержание контакта со своим ребёнком.

В случае тяжелой формы отчуждающего поведения речь идет о серьезных психологических нарушениях у такого родителя (пограничного или психотического уровня), , иногда - о бредовом психотическом расстройстве. Доктор Р.Гарднер утверждал «Нельзя правильно понять PAS, если нет глубокого понимания истерии, паранойи и психопатии, потому что они играют в нем глубокую роль».

Синдром отчуждения родителя (PAS) имеет крайне негативные последствия для ребенка. В детском возрасте это появляется в виде фобий, кошмарных сновидений, невротических проблем или расстройств поведения, такие как гиперактивность или агрессия. Синдром отчуждения родителя проявляется также в виде различных соматических симптомов, например, болей в животе, головокружения, астмы, нарушения сна или проблем с обменом веществ.

Дети с синдромом отчуждения родителя имеют также заниженную самооценку, не верят в свои возможности, имеют психологическую зависимость от родителя, с которым проживают. Отношения с отвергнутым родителем часто подвергаются необратимому разрушению. Потребность в любви со стороны отвергнутого родителя не будет удовлетворена. Иногда случается так, что такие дети во взрослой жизни рвут контакты с родителем, с которым жили – провокатором и виновником синдрома.

Синдром отчуждения родителя в юности и взрослом возрасте может привести к трудностям в установлении близких и интимных отношений. Могут появиться расстройства личности (психопатия), депрессия, тревожно-фобическое расстройство, сексуальные расстройства, склонность к употреблению психоактивных веществ, пограничные расстройства личности, зависимое расстройство личности .

Огромную душевную травму наносит и отчуждаемому родителю отречение ребенка от него и отказ от его любви. Часто с этой травмой родителю также очень сложно справиться. Она может приводить к посттравматическому стрессовому расстройству и его последствиям, алкоголизму, тяжелой депрессии и суициду. Поэтому данная проблема крайне актуальна.

Об актуальности вопроса синдрома отвержения родителя в практике современных постразводных конфликтов, длящихся годами и десятилетиями, говорит широкое освещение этой проблемы в англоязычном Интернете. Десятки сайтов посвящены только этому вопросу, имеется огромное количество англоязычной литературы и монографий. Однако совершенно иная ситуация в русскоязычном Интернете и русскоязычных исследованиях по этому вопросу. Я насчитал только 5-7 публикаций за последние 7 лет о синдроме отчуждения родителя и только одна научная статья сотрудников Государственного научного центра социальной и судебной психиатрии им. В.П.Сербского Харитоновой Н.К. и Русаковской О.А. «Клинико-психологическая оценка негативного отношения ребенка к отдельно проживающему родителю в судебных спорах о воспитании» касается PAS.

Привожу некоторые ссылки на русскоязычные материалы по вопросу синдрома отчуждения родителя:

1)      Ричард Гарднер. Ванкуверская лекция о PAS (parental alienation syndrome), синдроме отчуждения родителя, 05.11.1998. Перевод, с разрешения Кери Линде. https://www.youtube.com/watch?v=PXS5UOILmwg

2)      Ирина Камаева. (Шапошникова) Синдром отчуждения от родителя. Видеофрагмент открытой встречи Ассоциации семейных психологов Поволжья и Урала. Сайт Ассоциации http://www.nofollow.ru/video.php?c=nH0bQNCn0Hk

3)      Харитонова Н.К., Русаковская О.А. Клинико-психологическая оценка негативного отношения ребенка к отдельно проживающему родителю в судебных спорах о воспитании http://psystudy.ru/index.php/num/2011n2-16/453-haritonova-rusakovskaya16.html

4)      Снндром родительского отчуждения http://imvivo.ru/blog/sindrom_roditelskogo_otchuzhdenija/2015-06-01-86

5)      Лобастова livejournal о PAS http://lobastova.livejournal.com/488923.html

6)      Отвергаемый родитель http://vprosvet.ru/biblioteka/otvergaemyiy-roditel/

           Прежде всего этот материал может быть полезен тем, кто, имея детей, столкнулся в своей жизни с тяжелым семейным конфликтом. Который возникает как бы «на пустом месте», но бурно разгорается, втягивает в множество людей, приводя к скандальному расторжению брака и «дележу» детей. Когда невозможно договориться миролюбиво, никакая медиация не помогает, любые переговоры заканчиваются скандалом, т.е. возбуждением у договаривающихся сторон гнева, ненависти и злобы по отношению друг к другу. Когда человек, попавший в эту «мясорубку» «семейной войны» ощущает, что происходит нечто необычное, непонятное и страшное, но объяснить это словами не в состоянии. Когда дети начинают вести себя необычно – их охватывает ужас, при виде родителя-жертвы, они начинает рассказывать постыдные небылицы о таком родителе-жертве, разрушающие его репутацию, начинают его ненавидеть и унижать, а не любить и уважать.

           Эти материалы касаются прежде всего участников такого тяжелого семейного конфликта а также будут полезны множеству людей, которые пытаются в силу своих служебных обязанностей, принимать участие в разрешении подобного семейного конфликта – социальным работникам, юристам, адвокатам, судьям, судебным приставам, психологам и психиатрам.. Меня удивляет позиция священнослужителей, т.к. я считаю, что они первыми в силу своих профессиональных интересов, должны были заметить те необычные феномены инфернального мира, с которыми сталкивается человек в тяжелом семейном конфликте, и говорить об этом. Однако таких публикаций нет, хотя они очень нужны.

           Что ощущает человек, который сталкивается с непонятными и ужасающими его психическими явлениями, о которых тут пойдет речь? Ужас смертный и смущение дьявольское, говоря словами православной молитвы. Я думаю, что это наиболее точное определение этих душевных переживаний.

Что говорят ему на это все консультанты, к которым он обращается за помощью и разъяснением ситуации? А говорят всякие банальности, которые я за много лет хорошо изучил: «Все будет хорошо», «Обождите, она (он) успокоится, и тогда Вы сможете договориться», «Делайте, что она (он) просит», «Вы сами в этом виноваты», «Обождите, вот ребенок вырастет и все сам поймет», «Против злобы противопоставьте любовь» и прочую чепуху. Никто из этих консультантов никогда в жизни не встречался с теми феноменами, о которых пытается говорить, поэтому такие советы совершенно бесполезны.

           Как происходящее выглядит со стороны? Примерно так, как рассказывает участник одного такого семейного конфликта (а скорее «семейной войны»):

          «Это финальная часть встречи с " фееричной" мамашкой моей дочери. Скажите, это нормально орать не переставая, пугая этим ребёнка. Едва увидев меня? Она не дала даже поговорить с дочкой! Я начинал успокаивать дочку, а она специально вопила ещё громче! Естественно и дочь тоже вторит ей. Один вопрос - зачем? Да и ответ есть - отомстить мне. Любой ценой.

Эта сука позвонила в полицию и сказала, что дочь кричала так, что даже описалась. Что это я её напугал так! Все кто знает меня и видел как я общался и обращался с дочкой, когда она жила у меня прекрасно понимают что я тут ни причем. Я просто подошёл и даже не успел поздороваться с дочкой, как эта схватила ребенка и начала орать.И эта "мамочка" в суде, и на медицинской комиссии козыряет своим педагогическим образованием. Педагог».

Или вот так:

«Помогите советом. Встретил девушку 3 года назад. Начали встречаться. Она не бедная - две квартиры сдает, третью купила в новостройке. Есть ипотека, жила с мамой. Через 4 месяца забеременела от меня. Родился сынок. Стали жили в квартире моей матери. Я женился после рождения сына, его усыновил. Сейчас ребенку 1 год 7 месяцев. Я ушел, очень много скандалов, я хочу общаться с сыном, но не с ней.

Я зарабатываю мало - 20 000. Квартиру где мать жила с отцом мы сдали. Отец мой умер год назад. Мать купила комнату в коммуналке (ипотека), сейчас я живу с мамой в комнате. Ребенок прописан в той квартире которую мы сдаем с мамой. Жена с ребенком пока в квартире матери моей. Уходить не хочет, говорит что уйдет в ту, где ребенок прописан. Мать моя на жену войной пошла и просит её с ребенком уехать на свои квартиры или к своей матери. Жена тоже лютует - все копит на новые квартиры и хочет их сдавать, к матери своей не хочет. Говорит чтобы я снимал ей студию, если моя мать её гонит. Я плачу 12000 по договоренности с женой - на нее и ребенка. Видится не дает из-за личных обид. Проклинает меня. Смски пишет, что ребенка настроит против меня и мамы. Говорит, что расскажет какой я предатель и бросил его.

С мамой мы ещё не вступили в наследие по квартире отца. Кошмар какой-то с этими скандалами, квартирами и обидами. Подскажите как лучше поступить?»

Это о начальных стадиях «семейной войны». Далее ситуация может все более ухудшаться, например так (девочке 6 лет), рассказывает ее родная бабушка:

«На 8 марта заказал (отец ребенка) 2 букета цветов для дочки и мамы. К вечеру дочка ему позвонила: - Не люблю тебя и цветы твои не нужны, меня никто не учит так говорить, это я сама так думаю»

«В последний раз попыталась взять внучку по графику, договорилась с помощью смс, что мне дадут внучку. Пришла к условленному часу на 15 мин. раньше. Написала смс, что я у дверей, она ответила: "Через 15 мин, ровно в 17-00". Я жду. Слышу выходят (у них на 4 квартиры общий коридор). Подошла к дверям, они вышли втроём, внучка отрапортовала, что не любит, не пойдёт ко мне, я успела тока сказать, что всё равно люблю и буду скучать, бн ударила меня по голове и толкнула в бок и они зашли к себе, а осталась в недоумении: что это было?)))»

."Она в ходе суда подавала ходатайство опросить внучку, чтобы доказать, что внучка меня не любит и не хочет со мной общаться".

И конечная стадия, финал такой «семейной войны» в юридическом отношении:

"Опека, по заявлению БЖ (бывшей жены) подала на ограничение прав (имеется ввиду ограничение прав отца девочки). Был опрос свидетелей: приставы, инспектора ОДН, знакомая БЖ, БТ (бывшая теща), руководитель опеки все указывают- ребенок не хочет идти к отцу. Причины никто выяснять не хочет. Попытки задавать вопросы по бездействию органов отклоняются судом, так как к иску не относятся.

Решение суда (о порядке общения отца с ребенком) не исполняется. На заявления идут отписки, БЖ по 5.35 (статья КоАП РФ) не привлекают. Футболят по инстанциям. Суды под разными предлогами в рассмотрении отказывают.

           Пытался обжаловать, как не обоснованную, психиатрическую краевую экспертизу по вышестоящей. Получил отписку.

Знакомые, ссылаясь на опыт, советуют прекратить, а то определят куда ни будь.

Сам в этой ситуации, ребенок не идет. . Дальше хуже. Дочь от меня убегает. Дети в группе пытаются её подвести. К сожалению время встречи в д/садике ограничено, да и воспитателей понять можно, у них своя работа, не налаживание родительских отношений».

Далее этот отец, настроенный психологически «бывалыми», считает своим долгом «давить до конца», начинает требовать общения с ребенком принудительно, поскольку ребенок убегает. Естественно, все заканчивается ограничение такого отца в родительских правах в лучшем случае, или лишением родительских прав в худшем. Решения принимаются совершенно несправедливые, однако соответствующие действующему законодательству.

В чем заключается ужас ситуации? А в том, что недавно горячо любимый родителем ребенок начинает его пугаться, как черт ладана, испытывает не только фобическое расстройство, но и приступы явные приступы паники. Причем со стороны родителя-жертвы никаких противоправных действий по отношению к ребенку не совершается. Все эмоциональные контакты с ребенком разрушаются, никакое общение невозможно.

А какова причина же такого ужаса, особенно для детей и родителя-жертвы, которого гонят, позорят, унижают, бьют, ненавидят?

А причина всего этого кошмара внутренняя, непонятная – одержимость злобой и ненавистью родителя, с которым проживает ребенок, причина слабо рационализируемая, т.е. иррациональная. Этот процесс подробно описывает молодая женщина 26 лет в письме психологу:

«— Мне 26 лет, гражданскому мужу 31 год, есть общий ребёнок, ему 3 месяца. Знакомы мы полтора года.

Всё началось около года назад, в марте. Между нами была настоящая идиллия, полное взаимопонимание. Муж говорил мне: «Я с тобой в отношениях отдыхаю», имея в виду, что в прошлых ему отлично выносили мозг. Через неделю после знакомства он уже жил у меня.

Но однажды случилась ссора, и всё пошло по нарастающей. Ссоры стали случаться всё чаще и чаще, и во время беременности тоже (беременность запланированная).

Вся проблема в том, что на фоне этих ссор у меня пропали к мужу чувства, никакой любви нет. Есть что-то другое, например, чувство сострадания, чувство переживания за человека, желание «быть вместе», но не любовь. Раньше была влюблённость и была страсть… А теперь этого нет и желания к нему тоже.

Между нами каждый день скандалы! Просто ни из-за чего: слово за слово — и идёт эта волна. Иногда ударяю его по рукам или по телу, иногда могу начать бить тапком или рукой — из-за агрессии или психов. Не больно, но с моральной стороны неприятно обоим…

Несколько раз выгоняла его, но он не уходил, хотя мог уйти к родителям. В момент ссоры я иногда швыряла все его вещи, чтоб он пошёл вон. Спустя несколько попыток он унёс вещи просто от греха подальше к родителям. Иногда и ночевал там, потому что я не хотела его видеть, потому что он меня доводит… Сейчас он живёт у родителей, а к нам приходит, пишет первый всегда, после каждого скандала идёт на мир тоже первый.

Но он меня достаёт морально, моя психика не выдерживает. Понимаю сама, что я стала жестче по отношению к нему, я постоянно кричу на него, придираюсь к его каждодневным косякам. При виде мужа я прихожу в бешенство.

Он после скандала может через 10 минут как ни в чём не бывало начать говорить на левую тему и назвать ласково, предложить попить чаю… А я очень долго всё помню, перевариваю, плачу, могу несколько дней переживать.

Я же ведь раньше хорошая была, ласковая, я очень заботливая, я очень понимаю человека, сострадаю, поддерживаю. Но сейчас каждый день придирки и крики… Я так не хочу, как это исправить? Я хочу всё взять в свои руки, но я же не могу закрыть себе рот, уничтожить мои эмоции!

Мы уже стали врагами».

Что происходит, кто виноват и что делать – эти извечные вопросы встают перед человеком, который попал в такую «мясорубку» «семейной войны». Проблема оказывается крайне сложной, проблема эта мирового масштаба, часто совершенно неразрешимая на имеющемся юридическом поле в наших условиях. Часто замалчиваемая специалистами (из-за отсутствия познаний) или подаваемая совершенно неверно, типа «оба виноваты», «все будет хорошо», «суд все разрешит», «психологи помогут» и пр. Практически никто не говорит об огромной сложности происходящего и о трагических исходах, которые возможны с высокой вероятностью и для взрослых и для детей.  

Вот об этой малоизученной и замалчиваемой проблеме, необычном и страшном феномене и хотелось бы мне написать.